Кто должен руководить кризисом, когда информационная среда становится поверхностью атаки?

В последние годы одна перемена стала очевидной: информационная среда теперь является главной поверхностью атаки, и особенно ярко это проявляется в спорах.

Более широкая картина рисков это подтверждает. В докладе World Economic Forum Global Risks Report 2026 недостоверная информация и дезинформация названы вторым по значимости глобальным риском на ближайшие два года. Исследование 2026 Edelman Trust Barometer, основанное на опросе почти 34 000 респондентов в 28 странах, показало, что 65% опасаются, что иностранные силы внедряют ложные сведения в их национальные СМИ.

Большинство споров урегулируются, а не разрешаются судом

Всё больше споров таковы, что расчёт строится не на юридической обоснованности позиции. Довести дело до судебного решения долго, дорого и рискованно, и лишь очень немногие дела доходят до этой стадии. В США исследование, опубликованное в журнале Judicature, показало, что лишь около 1% гражданских дел, поданных в федеральные суды, разрешаются по итогам судебного разбирательства.

Когда почти всё заканчивается урегулированием, настоящий расчёт сводится к тому, пойдёт ли другая сторона на мировое соглашение по ходу процесса из-за репутационного ущерба, которым ей грозит разбирательство или который оно уже нанесло.

Как оказывается репутационное давление

В результате изменилась тактика. Обвинения, выдвинутые в ходе спора, намеренно усиливаются, причём не только через ведущие СМИ, но и во всём более широком и демократичном медийном пространстве. В социальных сетях мобилизуются сообщества. Другие элементы информационной среды используются для того, чтобы усилить давление на противоположную сторону в надежде на урегулирование до того, как дело пройдёт весь путь.

Это важно, поскольку означает, что репутацию теперь можно активно атаковать. Раньше репутационная проблема, как правило, возникала из-за неудачного решения, оплошности, просчёта или унаследованного прошлого. Сегодня мишенью может стать почти любой человек, обладающий определённой известностью. Это касается и семей, которые предпочитают оставаться вне поля зрения общественности, но чьё владение компаниями можно отследить. Внешне незначительное событие в одной из таких компаний может быть превращено в крупное репутационное событие, и, оказавшись в сети, оно может пересказываться системами искусственного интеллекта любому, кто спросит.

Пределы ответа, начинающегося с юристов

Когда возникает спор или кризис, первым инстинктивным шагом становится звонок юристу. Юристы и юридические фирмы являются неотъемлемой частью ответа, и существуют виды деятельности, которые может осуществлять только юридическая фирма.

Однако юристы, вполне обоснованно, жёстко регулируются, а круг доступных им решений узок по сравнению с широтой и глубиной информационной среды. Как только вопрос в первую очередь передаётся юридической фирме, он, как правило, сразу определяется в юридических категориях: письма, разбирательства и права.

На практике обычно требуются ещё две стратегии. Первая состоит в том, чтобы выстроить содержательную основу вокруг подлинной позиции, чтобы она была убедительной, подкреплённой доказательствами и присутствовала во всех видах медиа, которые сегодня читают аудитории и системы искусственного интеллекта. Вторая представляет собой набор решений, сочетающих человеческое понимание и опыт с действиями, которые выходят далеко за рамки возможностей юридической фирмы.

Руководство в условиях кризиса

Юридические фирмы и юристы по-прежнему остаются важной частью общей системы мер. Но традиционные методы устаревают.

Там, где полем битвы является информационная среда, часто существуют более эффективные способы разрешить ситуацию внутри этой среды прежде, чем её определит судебный процесс. Именно поэтому клиентам следует привлекать консультанта по репутации с самого начала, наряду со своими юристами или даже раньше них, чтобы ответ строился с учётом всей среды, а не только юридического измерения.

На этом подходе основана услуга фирмы Pre-Legal Counsel, которая работает вместе с юристами клиентов, а также её работа в области коммуникаций в судебных спорах и кризисного управления для частных клиентов. Это четвёртая статья в серии из пяти частей.